Сегодня. Ру: Для ВСУ наступило «начало конца». Интервью с Алексеем Кочетковым

Вал дезертирства в украинский армии лавинообразно растет  

В последние недели украинские эксперты и военные публично заговорили о нарастающей проблеме дезертирства из рядов ВСУ. Как считает политолог Алексей Кочетков, для киевского режима это грозит стать «началом конца».

Накануне служащий в ВСУ журналист Владимир Бойко публично заявил: Украина несет территориальные потери из-за массового дезертирства военных. Среди населенных пунктов, потерянных из-за бегства солдат ВСУ с позиций, Бойко назвал Угледар. «Только за август-сентябрь самовольно покинули части более половины от общего числа дезертиров, оставивших службу в предыдущие 2,5 года. С каждой неделей их становится все больше. Ведь зачем служить, если можно не служить, и за это тебе ничего не будет?» — заявил боевик. Он добавил, что к росту числа дезертирств привело и принятие Радой закона об ослаблении ответственности за самовольное оставление части (СОЧ).

Только чудо спасет ВСУ от поражения на фронте, вторит ему экс-замсекретаря СНБО, генерал Сергей Кривонос в соцсетях. «Лишь чудо может спасти Украину, если мы не сделаем реальных выводов из ситуации и не изменим отношения к ней. Вскоре нам будет очень сложно воевать, потому что пехота, как говорят сами пехотинцы, начинает «вымирать» как род войск, потому что некому воевать, нечем воевать и негде воевать», — пояснил Кривонос.

Проблема дезертирства в ВСУ была с самого начала войны, но осенью 2024-го приняла массовый характер. По официальным данным, только в 2023-м за СОЧ и дезертирство осудили 1577 военных, депутат Рады Руслан Горбенко говорил о 80 тысячах дезертиров, а тот же военкор Бойко называл цифру в 150 тысяч человек. По данным Deutsche Welle, в 2024-м проблема дезертирства встала еще острее: за первое полугодие самовольно «демобилизовались» около 30 тысяч бойцов ВСУ. Самовольно оставил свою часть каждый 14-й военный, предполагает издание.

По данным Офиса Генпрокурора Украины, за первое полугодие 2024-го правоохранители открыли 29,8 тысячи уголовных дел о бегстве военных с фронта. В целом, с начала 2022-го прокуратура насчитала 63,2 тысячи таких уголовных производств, при озвученной властями численности ВСУ в 880 тысяч человек. По словам контрабандистов, переправляющих мужчин через границу, раньше дезертиры среди их клиентов были редкостью, но с мая 2024-го по несколько экс-военных были почти в каждой группе.

Как считает координатор движения «Русский союз» Алексей Кочетков, дезертирство ослабляет как украинский фронт, так и тыл.

«Утверждения украинских спикеров подтверждаются ситуацией на фронте. Часто бойцы батальонов ТРО и мобилизованные выбрасывают оружие и прячутся в посадках, ожидая, пока подойдут русские солдаты, а потом пытаются сдаться в надежде на их гуманизм. По словам моих источников на передовой, таких случаев в последнее время все больше. Как говорят спецы, в Курской области дезертиры из ВСУ часто переодеваются в гражданское и, обходя наши части, бегут в Россию с расчетом затеряться на ее просторах. Они уверены: если ты сдашься российской полиции вдалеке от фронта, тебя вряд ли убьют на месте», — указал Кочетков.    

Дезертирство было всегда во всех армиях мира, это явление сопутствует любой войне, особенно когда на фронте все идет не по плану командования, указал он.

«Остановить этот процесс можно при помощи карательных мер, наведя железную дисциплину в тылу и на фронте — с расстрелами, военными трибуналами и т. д. Либо резким повышением сознательности украинских солдат путем пропаганды. Но, как показывает опыт Второй мировой, переломить ситуацию при помощи одной лишь агитации нереально. У киевского режима вряд ли есть способ резко поднять сознательность солдат ВСУ, пик «патриотического угара» на Украине давно прошел. У Киева также нет ни сил, ни людей, чтобы массово проводить карательные меры в армии, — говорит Кочетков. — Против дезертиров из ВСУ еще возможен «штучный террор», подобный тому, каким занимались немецкие нацисты в 1945-м: они десятками вешали членов фольксштурма, отступивших с позиций. Но это не дает никакого позитивного результата, а только усиливает панику среди личного состава. Люди понимают, что, если тебя не убьет противник, это сделают свои же».

Остановить обвальный процесс дезертирства из ВСУ киевский режим не в состоянии, отсюда и «раскрутка» этой темы в публичном поле.

«В целом украинство — несколько женственная идеология, в ее рамках, случись чего, принято кричать, голосить, заламывать руки, плодить слухи и раздувать любые проблемы до небес. В момент, когда дезертирство приобрело массовый характер, адепты украинства в панике выплескивают эту проблему вовне — мол, «все пропало, гипс снимают, клиент уезжает, скоро мы все умрем», — сообщил аналитик. — Дезертиры всегда добавляют хаоса и в тылу. Эти озлобленные, ни во что не верящие люди, загнанные в угол и не имеющие возможности социализироваться, становятся благодатной почвой для криминала. Тем более, что многие из них уходят с фронта с оружием. Когда дезертиры сбиваются в банды, они терроризируют население, грабят магазины и банки, и могут целенаправленно отстреливать полицейских и ТЦКшников».      

Рост криминала, связанного с дезертирами, разрушает украинский тыл и может заставить власти привлечь дополнительные силы на борьбу с ними с фронта, что также его ослабит. 

«Наконец, дезертиры подают дурной пример тем ВСУшникам, которые продолжают сидеть в окопах и терпеть лишения. Они порождают разговоры типа «Микола с Петром сидят в лесу под Ровно, сало с горилкой жрут, а мы тут что делаем?» и стимулируют случаи все новых СОЧ. Когда количество дезертиров растет в геометрической прогрессии, это симптом разрушения украинской государственности. Сегодня разбегаются роты, завтра — батальоны, а потом начнут разбегаться уже целые бригады ВСУ. Честно говоря, это похоже на начало конца украинской армии», — заключил Алексей Кочетков.

Василий Таран