17 июля - 106 лет со дня убийства Царской семьи

Убийство Царской семьи – ключевой вопрос русской истории, от понимания которого зависит наше будущее. Однако до сих пор нет полной ясности как с заказчиками, так и с исполнителями. 

Сказать, что Царственных мучеников убили большевики – значит сказать очень мало. В 1918 году среди большевиков шла бешеная борьба за власть, разные представители высших большевиков были связаны с различными внешними силами и т.д. Отражалось все это и вокруг возможной судьбы Царской семьи. 

В конце июля 1917 года Царская Семья по решению Временного правительства была сослана в Тобольск. После прихода к власти большевиков, весной 1918 года, там появился комиссар Яковлев, который предъявил мандат за подписью председателя ВЦИК Свердлова, и заявил, что должен вывезти Царскую Семью в Москву.

Существовал стереотип, согласно которому Яковлев втайне сочувствовал Царственным узникам и чуть ли не хотел их спасти. В действительности это, конечно, не так. За этим псевдонимом скрывался большевик-подпольщик Константин Алексеевич Мячин. 

Мячин вступил в РСДРП в 1904 году и был членом «боевой дружины», действовавшей на Урале. На счету таких дружин – десятки убитых и ограбленных людей, терактов, «эксов» и других «подвигов». О методах Мячина, хорошо видно из его собственных слов: «…по отношению к врагу все средства были хороши и беспощадны, и его мнение о нас было безразличным».

Возглавлял террористов Яков Свердлов, «товарищ Андрей». Мячин и Свердлов знали друг друга с давних пор, причем первый выполнял прямые приказы второго. Псевдоним «Яковлев» он взял, перейдя на нелегальное положение после поражения революции 1905 года. 

В 1910 году Яковлев осуществляет ограбление почтового отделения в г. Миассе. Было убито несколько полицейских, похищены ценности на десятки тысяч рублей. Яковлева ищет полиция. Сам он в это время встречается с А.Ф. Керенским, и тот обещает ему содействие в случае ареста. Во время Мировой войны находится за границей, по некоторым данным в Германии. После Февральской революции в марте 1917 года Яковлев возвращается в Россию и начинает принимать участие в ключевых акциях большевиков. Вскоре он получает личный приказ Свердлова вывезти Царскую семью из Тобольска.

Есть мнение, что причиной, подтолкнувшей Свердлова к этому решению, были попытки германских военных кругов разыграть царскую карту, заполучив венценосных пленников в свои руки и использовать их в политической игре. Такой точки зрения придерживался, в частности, П.Н. Милюков, о чем и рассказал на допросе следователю Н. Соколову уже в эмиграции.

Однако немецкая игра существенно осложнялась непримиримой позицией Царя по вопросу Брестского мира, поэтому предполагалось, что после падения большевистского режима (что на тот момент многими считалось вполне вероятным), при восстановлении в России декоративной монархии под контролем Германии власть может быть передана Алексею Николаевичу при регентстве одного из Великих князей. 

Однако высшие политические круги Германии воспринимали данный проект в целом весьма прохладно. Тем более для них было важно вывезти Царя и его Семью в Германию для полного контроля над действиями Царя, блокируя использование Его и кого-то из Семьи помимо их воли.

В миссию Яковлева входило не допустить такого развития событий. Однако зависимость большевистского правительства от Германии общеизвестна. И вот от немцев через посла Мирбаха приходит недвусмысленный приказ: Царскую семью надо вывезти в Москву. Яковлев посылается в Тобольск якобы именно для этого. Эту версию и излагают немцам. В действительности же он вел двойную игру. Имея тайный приказ от своего «босса» Свердлова: вывезти семью надо, но не в Москву, а в прямо противоположном направлении – в Екатеринбург, который весной 1918 года еще удерживали красные.

В контексте игры немецких кругов на монархическом поле большевики изобрели «хитрый план», раздувая миф о неподконтрольности якобы уральских «товарищей». Это должно было оправдать любые действия в отношении Царственных узников. Комиссар Яковлев сделал все для уверения всех заинтересованных лиц в том, что он очень старался выполнить приказ «центра» и вывезти Царскую Семью в Москву, но не смог из-за сопротивления уральских большевиков. (Характерно, что привычка списывать все, вплоть до убийства Семьи, на пресловутый Уралсовет проникла и в решения современного официального следствия под руководством «спецследователя» Вл. Соловьева и кураторством Б. Немцова). В действительности Уралсовет состоял из ставленников Свердлова, которые ничего не делали без ведома и приказания авторитетного для них «босса».

 
Прибыв в Тобольск 22 апреля 1918 года, Яковлев скоординировал действия всех отрядов, четко обозначив свое единоначалие, и установил контакт с Царской Семьей. Он так ловко и любезно себя повел, проявил такой такт и культурность, что сразу завоевал симпатии узников, уверив их, что выполняет тайный приказ по спасению Царя и его Семьи. Он на какое-то время заставил их поверить, что семья будет вывезена через Германию в Англию, ценой чего якобы будет некий бутафорский суд над Царем в Москве, а потом «милостиво» отпустят за границу.

 
В том, что Государя собираются везти в Москву, были уверены практически все жители губернаторского дома в Тобольске.

 
Однако 30-го апреля 1918 года, в начале Страстной Недели и в канун вальпургиевой ночи, Император Николай II, Императрица Александра Федоровна, Великая Княжна Мария Николаевна были привезены в дом инженера Н.Н. Ипатьева в Екатеринбурге. 22 мая 1918 года туда были доставлены остальные члены Царской Семьи и их приближенные. Начался последний этап Царской Голгофы.

 
Одновременно большевики продолжали распускать слухи о том, что скоро Семья прибудет в Москву, а, с другой стороны, заранее информируя всех о том, что скоро распространятся «ложные слухи» о ее убийстве и призывая им не верить.

 
 
П.В. Мультатулли  (https://t.me/petrmultatuli1969)высказывает версию, (https://pravoslavie.ru/37642.html) что Ленин якобы выступал за публичный обвинительный процесс над Царем в Москве, выполняя обязательства перед своими немецкими кураторами, а Свердлов решительно противился этому, имея других зарубежных хозяев. Убийство посла Мирбаха, служившего главным посредником в передаче приказов кураторов, по этой версии, также связано с делом Царской Семьи. Нам представляется все же, что главной причиной явно заказного убийства Мирбаха была слишком хорошая информированность последнего о тайных каналах финансирования большевистской партии с участием Германии до и сразу после Октября.

 
Мнение Мультатулли о том, что всесильность Ленина в этот период (то есть в середине 1918 года) – миф, имеет некоторые косвенные подтверждения. Так, например, более чем характерно убийство под предлогом неких надуманных обвинений его двоюродного брата В.А. Ардашева, двоюродного племянника Г.А. Ардашева и других родственников вождя из той же семьи. Причем, в одних случаях Ленин вообще ничего не знал, в других он никак не смог помочь, и лишь в одном случае его вмешательство в последний момент смогло помешать планируемой репрессии. К сказанному необходимо добавить, что во всех случаях руководил репрессиями против ленинских родственников никто иной, как Я. Юровский, прямой человек Свердлова, и происходили они именно в Екатеринбурге и окрестностях.

 
О расхождениях в позиции Ленина и Свердлова писал и следователь Н. Соколов, ссылаясь на свой допрос германского консула Вальтера Бартельса 10 июня 1921 года в Берлине.

4 июля 1918 года комендантом Дома Особого Назначения был назначен человек, чье имя сегодня известно всякому, кто интересовался трагедией Царской Семьи – Яков Юровский.

 
Яков Михайлович (Янкель Хаимович) Юровский родился в 1878 году в Томской губернии. С одной стороны, Ленин называл его «надежнейшим коммунистом», с другой – в советское время о Юровском давалось крайне мало сведений в официальных источниках. Определенные силы пытаются представить Юровского безграмотным исполнителем решений Уральского Совета, или наоборот, приписывают ему решающую роль в убийстве. Эти попытки призваны скрыть истинных организаторов и исполнителей убийства Царской Семьи.

 
Семья родителей Юровского Хаима и Энты состояла из 7 сыновей и 1 дочери. «Двое сыновей и дочь, – пишет генерал Дитерихс, – жили в Америке».

 
Это важная деталь: снова в биографии очередного цареубийцы видна связь с США. Международные банкиры из Америки были главным мозговым и финансовым штабом как русской революции, так и войны лично с Императором Николаем II.

 
Соколов пишет, что Юровский «во время первой смуты почему-то уехал в Германию и год жил в Берлине».

 
Однако Дитерихс полагает, что Юровский уехал не в Германию, а в Америку: «Янкель Юровский, младший из сыновей, долгое время жил в Америке и перед возвращением в Россию принял лютеранство».

 
При этом сам Юровский отрицал, что когда-либо жил в эмиграции. Он утверждал, что опринимал участие в революции 1905 года. Об этом опять-таки нет никаких сведений. Но известно, что в 1905-1907 годах на Урале действовал некий эсеровский боевик по фамилии Юровский. Его личность установить до сих пор не удалось, но то, что этот Юровский играл заметную роль в революционном бандитизме – бесспорно. Ижевская организация, которую он возглавлял, насчитывала 250 – 300 человек.

 
И.Ф. Плотников в биографической справке о Юровском пишет: «Вступил в РСДРП(б) в 1905 году. Участвовал в революционной работе, террористических актах и экспроприациях. Несколько лет находился в эмиграции. После одного из арестов был выслан в административную ссылку в Екатеринбург, где и познакомился с Я.М. Свердловым».

 
Скорее всего Юровский мог познакомиться со Свердловым в Нарымском крае, куда ездил по делам своего бизнеса (у него был часовой магазин).

 
Юровский не воспринимал отъезд за границу как эмиграцию, и более, того, не хотел, чтобы это придавалось огласке. Сведения о длительном пребывании его за рубежом, скорее всего, ошибочны. Он выезжал в США и Германию по какому-то конкретному поводу и ненадолго.

 
Обратимся к его отношениям со Свердловым. По мнению Мультатулли, (https://pravoslavie.ru/37642.html) Юровский был направлен в США именно Свердловым, причем, не просто так, а с какой-то миссией к Якобу Шиффу и К°, у которых он прошел необходимый инструктаж и был снабжен деньгами. Кстати, не исключено, что и в Германии он был по заданию Шиффа или для встречи с Варбургами. Прекрасно знал Юровский и Ф.Э. Дзержинского. В. Малкин пишет, что наш герой был с главой ВЧК «в неформальных отношениях». После участия в Екатеринбургском злодеянии Юровский привлекался Свердловым и Дзержинским в качестве организатора профессиональных убийств. В частности, именно Юровскому была поручена ликвидация Ф. Каплан, тело которой, по словам Свердлова, следовало «уничтожить без следа».

 
В связи с этим представляются весьма любопытными донесения заграничной агентуры Охранного отделения о некоем Григории Юровском, активном анархисте, проживавшем в Нью-Йорке.

26 сентября 1916 года в полицию поступило сообщение, что 15 июня в Нью-Йорке состоялась конференция анархических организаций Нью-Йорка и окрестностей. На ней якобы присутствовало шесть человек, в том числе и некий Юровский, представлявший русские анархические организации Бруклина.

 
Здесь интересно, что дата приезда американского Юровского, 1906, совпадает с датой «эмиграции» Якова Юровского.

 
Так называемые анархисты были отрядом банкирского сообщества с Бруклина. Именно эти «анархисты» прибыли после Февральской революции в Россию и «влились в Красную гвардию тов. Троцкого».
Они выполняли самые грязные и кровавые поручения Троцкого и Свердлова. В связи с этим личность Юровского становится всё более интересной.

 
В донесении Охранного отделения от 23 апреля 1916 года говорится, что Юровский присутствовал в Нью-Йорке на тайном совещании анархистов, посвящённом обсуждению вопроса «о командировке в Россию специальной группы анархистов в целях совершения террористического акта чрезвычайной важности».

 
«Террористический акт чрезвычайной важности» – так могло, вероятно, обозначаться только цареубийство!

 
На момент доставления Царской Семьи в Екатеринбург Юровский был председателем следственной комиссии Уральского Областного Ревтрибунала, товарищем комиссара юстиции, членом Коллегии Областной Чрезвычайной Комиссии, заведующим охраной города.

 
Вокруг имени Юровского достаточно тайн. По утверждению И. Бунича, якобы существует письмо Юровского Сталину. Бунич пишет: «Из письма Юровского, адресованного из кремлевской больницы лично товарищу Сталину, явствует, что ни Юровский, ни Медведев не только не убивали царя, но даже не присутствовали при казни. По словам Юровского, приговор привел в исполнение какой-то специальный уполномоченный, прибывший для этой цели из Москвы по личному приказу Ленина и Свердлова. Его сопровождала команда, среди которых по-русски никто не говорил и не понимал. Они и привели приговор в исполнение. Затем погрузили трупы на грузовик и куда-то увезли».

 
Воспринимать эти сведения как 100% достоверные нельзя. Но интересно, что информация о письме Юровского Сталину неожиданно находит глухие отголоски у Г. Рябова, который еще в 80-х годах сообщал об этом. Правда, текста письма Рябов не приводил.

 
В жизни Юровского после Екатеринбургского злодеяния немало странностей. Приехав в Москву и привезя драгоценности убитой Царской Семьи, он всюду подписывается «Яков Орлов». Непонятна причина, по которой высокопоставленный чекист вдруг взял себе этот псевдоним. Ведь он открыто называл себя своей настоящей фамилией.

 
Вызывает недоумение, что Юровский за все свои заслуги перед большевистским режимом не только никогда не был на первых ролях, не только не пользовался «славой» «убийцы тирана», но, наоборот, до самой смерти оставался в тени. Последним местом его работы был Московский часовой завод. Незадолго до смерти Яков Юровский в июле 1938 года писал своим сыновьям Александру и Евгению, что ему скоро минет 60 лет, а он «почти ничего не рассказал о себе».

 
В книге М. Хейфеца приводится информация, что когда Юровский вернулся в 1919 году в отбитый у белых Екатеринбург, многие поразились происшедшей в нем переменой. Если в бытность комендантом ДОНа Юровский был «черноволосым, франтоватым, щеголявшим большим апломбом», то через 2 года он стал «седовласым, нечесаным, морщинистым и выглядевшим много старше своего возраста чиновником, у коего при любом упоминании о его преступлении выражение ужаса появляется на лице, и он совершенно замолкает». «Разница в описаниях настолько велика, – пишет М. Хейфец, – что один из современных исследователей, проф. Борис Мойшезон, заподозрил, что речь шла о разных людях». Что же так хотел рассказать о себе своим детям Юровский? Впрочем, болезнь ли стала причиной его смерти? В. Малкин утверждает, что Юровского тихо убрали по приказу Сталина. Одной из причин этого могла быть его осведомленность о подлинных обстоятельствах Екатеринбургского злодеяния.

25 июля Екатеринбург был освобожден от большевиков. В это же время на сторону белых перешел комиссар Яковлев. Это стало полной неожиданностью, так как Яковлев был известен верностью Свердлову. При себе Яковлев имел материалы по перевозке Царской Семьи в Екатеринбург. Эти материалы он предварительно сдал Свердлову и получить обратно мог их только от него же. Получается, что тот отдал Яковлеву эти материалы перед переходом комиссара к белым. Зачем же Свердлову понадобилось передавать важнейшие и, заметим, обличающие его документы в руки Яковлева, зная о том, что они могут оказаться в руках врага? По странному стечению обстоятельств в тот момент в Сибири находился прибывший туда через США, Японию и Китай не кто-нибудь, а родной брат Свердлова, носивший имя Зиновия Алексеевича Пешкова.

Зиновий Свердлов (Пешков) был очень непростой фигурой. Вот данные французского справочника «Who's who in France» за 1955-1956 гг.: «Зиновий Пешков, дипломат и генерал. Родился 16 октября 1884 г. в Нижнем Новгороде (Россия). Доброволец во французской армии (1914). Участвовал в миссиях: в США – 1917 г., Китай, Япония, Манчжурия и Сибирь – 1918–1920 гг.». 

Пешков с юности включился в революционное движение, но быстро отошел от него. Однако в этом поступке он руководствовался не идейными соображениями, а какими-то гораздо более тонкими причинами. В 1906 году Зиновий совместно с Горьким осуществил длительную поездку в США, где они собирали деньги для поддержки революции.

В 1911 году Зиновий Свердлов снова уезжает в США, где он поддерживал тесные связи с братом Вениамином и с Я. Шиффом (Вениамин Свердлов был своим человеком среди банкиров Уолл-стрит). 

Безусловно, Зиновий всегда поддерживал связи и со своим братом Яковом, несмотря на то, что между ними якобы существовала вражда. Его приемный отец Максим Горький (он же Алексей Максимович Пешков) принимал активное участие в подготовке государственного переворота против Государя. Очевидно, что и Зиновий Пешков принимал в этом перевороте непосредственное участие: он был посредником между масонскими кругами Франции (будучи официально всего лишь капитаном французской армии) и революционными кругами в России. Неслучайно летом 1917 года он был назначен представителем Франции при правительстве Керенского. Керенский даже наградил его орденом св. Владимира 4-й степени.

Во время большевистского переворота Зиновий Пешков находился в Петрограде.

Тем не менее, когда большевики пришли к власти, французы послали в Москву именно Зиновия, и он имел встречу «по служебным делам» со своим братом Яковом. О чем шла речь между ними – неизвестно, но летом 1918 года Пешков направляется в Сибирь. 

Крайне интересным представляется тот факт, что Пешков прибывает в Сибирь именно в тот момент, когда Яковлев переходит на сторону белых. При этом Пешков проследовал через США, где имел какое-то задание от французского МИДа.

Пешков встречает в Сибири в сентябре приход к власти адмирала Колчака. 

Странным стечением обстоятельств родной брат одного из главных врагов Колчака становится военным советником при французском представителе при колчаковском правительстве генерале Морисе Жанене.

Поэтому вполне вероятно, что, переходя летом 1918 года на сторону Учредиловки, Яковлев выполнял личное задание Свердлова: он должен был передать Зиновию Свердлову («Пешкову») всю информацию об обстоятельствах перевоза Императора Николая II в Екатеринбург и об условиях его содержания там. Весьма вероятно, что именно Зиновий был главным посредником между большевиками и тайными заграничными организациями в подготовке и осуществлении убийства Царской Семьи в июле 1918 года.

е в России в целом и в Екатеринбургском злодеянии, в частности, требует дополнительного и самого тщательного изучения. Не исключено, что убийство Царской Семьи курировалось закулисными силами через своих представителей – как в «красном», так и в «белом» лагерях. В обоих случаях ими были Свердловы – Яков и Зиновий. 

Говоря об убийстве Царской Семьи, невозможно пройти мимо представителей определенных кругов США. Эти люди не представляли ни интересов США как государства, хотя среди них были и американские государственные деятели; ни интересы американских финансовых кругов, хотя среди них были ведущие банкиры Америки; ни интересы сионистского или еврейского движения, хотя среди них были евреи и сионисты. Можно только сказать, что по своей идеологии они были очень близки к «Круглому Столу», основанному англичанином Сесилем Роадсом в 1902 году, членом которого был «серый кардинал» в правительстве Вудро Вильсона «полковник» Хаус. Эта тайная организация мечтала о создании всемирного правительства. Надо сказать, что представители «Круглого Стола» были хорошо знакомы с этой американской группой и поддерживали с ней устойчивую связь. Идеология этой американской группы была также очень похожа на идеологию американских неоконсерваторов, типа З. Бжезинского или П. Вульфовица.

4 июня 1918 года в Америке был созван комитет «Ассоциации Молодых Христиан», сокращенно YMСA (ИМКА). Эта организация после Февральской и Октябрьской революций получила широкое распространение на территории России.Она позиционировала себя как всемирная общественная, некоммерческая и нерелигиозная организация, объединяющая молодых людей с целью укрепления их физического и нравственного здоровья на основе духовных ценностей христианства. На самом деле ИМКА являлась легальной завесой для закулисной деятельности заокеанских кругов. Ее статус очень напоминал статус «Красного Креста», который за легальной вывеской помощи жертвам войны был важным источником связи американских структур со своими агентами в России.

Официальной целью созыва Комитета ИМКИ являлось увеличение актива фонда организации до 100.000.000 долларов США. На самом деле, на Комитете обсуждался вопрос окончательного уничтожения России как государства. В состав Комитета ИМКИ, в частности, входили: Роберт Доллар, магнат в области судоходства, Якоб Шифф, глава транснационального банковского дома, Чарльз Крейн, друг президента Вильсона, миллиардер, оказавший немалую помощь Троцкому в его возвращении в Россию из США в мае 1917 года и др. Сегодня можно с уверенностью сказать, что некоторые деятели большевизма (например, Свердлов) были ориентированы именно на эти наднациональные структуры.

Об участии в убийстве Царской Семьи Якоба Шиффа говорилось уже в 20-е годы, когда в газете «Царский Вестник», издававшейся в Белграде, была помещена статья «Кто убил Царскую Семью?». Об этой статье неоднократно упоминалось в различных трудах, но текста при этом не приводилось. Между тем в нем-то и содержались важнейшие детали. 

Когда большевики и местный Совдеп при приближении белых были вынуждены спешно покинуть Екатеринбург, то впопыхах они оставили на телеграфе телеграфные ленты зашифрованных переговоров по прямому проводу между Свердловым (Москва) и Янкелем Юровским (Екатеринбург). Ленты эти, вместе с другими следственными материалами попали в руки следователя по особо важным делам Н.А. Соколова, проводившего следствие об убийстве Царской Семьи по приказанию адмирала Колчака.

Расшифровать эти ленты Н.А. Соколову удалось лишь в 1922 году в Париже, при помощи специалиста по разборке шифров.

Среди этих телеграфных лент оказались ленты исключительной важности, касающиеся именно убийства Царской Семьи. Содержание их было следующее:

Свердлов вызывает к аппарату Юровского, сообщает ему, что на его донесении в Америку об опасности захвата Царской Семьи белогвардейцами или немцами последовал приказ, подписанный Шиффом, о «необходимости ликвидировать всю Семью». Приказ этот был передан в Москву через Американскую миссию, находившуюся тогда в Вологде, через которую и передавались в Америку донесения Свердлова. Свердлов подчеркивал в своем разговоре по прямому проводу, что никому другому, кроме него, обо всем этом неизвестно и что он в таком же порядке передает приказание «свыше» Юровскому для исполнения.

Юровский, по-видимому, не решался сразу привести в исполнение этот приказ. На следующий день он вызывает к аппарату Свердлова и высказывает мнение о необходимости убийства лишь Главы Семьи, последнюю же он предлагал эвакуировать. Свердлов снова подтверждает приказание убить всю Семью, выполнение этого приказа ставит под личную ответственность Юровского. Последний на следующий день выполняет приказ, донеся Свердлову об убийстве всей Семьи. После этого Свердлов сообщил об этом ЦИКу, поставив последний перед свершившимся фактом.

Все эти данные, не вошедшие в книгу Соколова, были лично сообщены Соколовым в октябре 1924 года, то есть за месяц до своей внезапной смерти, его другу, знавшему его еще как гимназиста Пензенской гимназии. Этот личный друг Соколова видел и оригинальные ленты, и их расшифрованный текст. Соколов, как можно видеть из его писем своему другу, считал себя человеком «обреченным», поэтому он и просил своего друга прибыть к нему во Францию, чтобы передать ему лично факты и документы чрезвычайной важности. Доверять почте этот материал Соколов не решался. 

Кроме того, Соколов просил своего друга ехать с ним в Америку к Форду, куда последний звал его, как главного свидетеля по делу, возбужденному им против банковского дома “Кун, Лейб и К°”». 

Будучи ярким представителем американской элиты, Генри Форд уже в самом начале 1920-х годов начал кампанию против банкирских домов Уолл-Стрит, среди которых Якоб Шифф занимал важнейшее место. Одним из главных пунктов обвинений против Шиффа было обвинение в заказе и организации убийства Царской Семьи, поэтому свидетельские показания Соколова могли сыграть в планируемом процессе ключевую роль, став конкретным и очень важным дополнением (https://sergey-v-fomin.livejournal.com/226442.html) к известным обвинениям против Шиффа, выдвинутым русским эмигрантом Б.Л. Бразолем.

Планируемый Фордом процесс отнюдь не был несбыточной утопией. Примерно в то же время в США проходили знаменитые слушания (https://aleksei-44.livejournal.com/4796358.html?ysclid=llff5ykc2v73669694) в специальной подкомиссии Комиссии по судебным делам Сената США, которой поручалось расследовать прогерманскую, большевистскую и иную  антиамериканскую деятельность, рассмотрев возможные последствия внедрения большевизма в США. По возглавлявшему ее сенатору в истории она известна как Овермэновская комиссия. 

Главный вывод, к которому пришли участники слушаний, заключался в том, что «русский» большевизм – не просто внешнее для России, привнесенное явление, но имеет прямо американо-еврейское происхождение; его колыбель – Ист-Сайд (еврейский квартал в Нью-Йорке), жители которого несут «огромную ответственность» за распространение большевизма. Члены комиссии видели опасность в том, что теперь эта зараза, с подачи Троцкого и других вождей «партии пролетариата» может начать проникать обратно в Америку. 

Результатом всей кампании стал закон о квоте на эмиграцию от 1921 года, определявший, что количество эмигрантов не должно превышать в год трех  процентов от любой этнической группы в США на 1910 год. Ведущие представители американской элиты того времени боялись обратной эмиграции в их страну, в том числе и из революционной России!

«Как известно, Соколовым были частично опубликованы следственные материалы об убийстве Царской Семьи. Русское и французское издания не вполне идентичны.

Полное опубликование следственных материалов оказалось для Соколова невозможным, так как издательства не соглашались на их опубликование». В свете вышеизложенного последовавшая вскоре неожиданная для многих кончина еще сравнительно молодого и здорового Соколова вряд ли была случайной. 

Исследователь О.А. Платонов установил личности и автора статьи и упоминаемого в ней друга Соколова. Автором оказался – доктор К.Н. Финс, а  другом – А. Шиншин. 

Презде чем перейти к обстоятельствам цареубийства, остановимся на фигуре Якоба (Джейкоба) Шиффа. 

В истории цареубийства, как мы сказали, часто нет прямых улик, которые могли бы быть признаны судом. Но много косвенных, которые складываются в совершенно убийственную и более чем убедительную картину. 

В 2017 году, к столетию революции, в русском переводе вышла переписка Я. Шиффаi. В ней читатель может почерпнуть интереснейшие детали, в частности, из писем Шиффа к российским политикам. 

Шифф (по официальной версии его и связанных с ним кругов) боролся за равноправие российских евреев, в частности, за отмену черты оседлости. В действительности это было лишь предлогом. Главной целью его и его союзников была борьба против Российской империи как таковой, за ее полный слом. Это видно, например, из его ответа на возражения Витте, в которых тот резонно замечает, что резкая отмена черты оседлости может сыграть против самих же евреев, вызвать эксцессы, связанные с погромами. (До этого Шифф педалировал тему Кишиневского и Одесского погромов – сюжеты,  сегодня уже подробнейшим образом разобранные исследователями). И что же? Шифф на это отвечает в том плане, что такой оборот дела его не пугает, поскольку гораздо более важной представляется ему борьба за принципы! Понятно, что отнюдь не судьба еврейского народа как такового волновала «американского» банкира…

Из дальнейшей переписки выясняется, что главной целью Шиффа, открыто им декларированной было полное равноправие не столько жителей местечек в России, сколько иммигрантов еврейского происхождения из США! То есть, лобби, стоявшее за спиной Шиффа, по факту хотело, чтобы российское правительство своим руками создало режим полного благоприятствования для «пятой колонны», как бы это ни называлось!

Для Шиффа было характерно то, что он со многими высокими лицами (и не только с российскими политиками) разговаривал как власть имеющий. И даже с самим главой банкирского дома Ротшильдов!

Крайне интересна его переписка с известным гебраистом и общественным деятелем Львом Канцельсоном, который выполнял миссию полуофициального посредника между Шиффом и министром внутренних дел России Вячеславом фон Плеве. Как известно, Плеве был убит бомбой, брошенной террористом-эсером Егором Сазоновым 15 (28) июля 1904 года. Поводом послужили события в Кишиневе, про которые либеральная и социалистическая пресса распространяли лживые слухи о том, что «еврейские погромы были организованы самим правительством». В связи с этим событием Шифф вполне откровенно пишет: «Можно… надеяться, что власти вашей великой, но теперь такой несчастной страны не только на примере покойного министра, но и на горьком опыте империи усвоят урок: даже величайшие и сильнейшие, будь то отдельная личность или целая империя, не могут грешить и оставаться безнаказанными, и рано или поздно высшее правосудие постигнет даже самых могущественных…» Это уже почти прямая угроза в адрес Империи! Причем, характерно, что сразу же вслед за этим он опять в безапелляционном тоне выдвигает свое традиционное ключевое требование: «…ликвидировать существующие ограничения на выдачу паспортов евреям из других стран». 

Ну и, наконец, нельзя не упомянуть о том, что именно Шифф со своими друзьями-банкирами добился разрыва торгового соглашения между США и Россией, успешно проведя это решение через обе палаты Конгресса, которые проголосовали почти единогласно, после того, как президент Тафт отказался это сделать. Почти единогласное голосование в Конгрессе, согласно американским законам, преодолевало возможное вето президента.

В ночь с 16-17-е июля 1918 года в Екатеринбурге, в Доме Ипатьева большевиками была зверски убита Царская Семья: Император Николай II, Императрица Александра Федоровна, Наследник Престола Алексей Николаевич и Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия. Вместе с ними были убиты четверо из числа близкого окружения и прислуги: доктор Е.С. Боткин, комнатная девушка А.С. Демидова, лакей А.Е. Трупп и повар И.М. Харитонов.

В отличие от «классической» версии, которая многие годы распространялась как либералами в эмиграции, так и большевиками в СССР, ряд современных исследователей, в частности, Сергей Фомин и Петр Мультатулли приводят немало данных о ритуальном характере этого убийства, совершенного командой приезжих расстрельщиков, а отнюдь не охранниками Юровского. 

Так, П.В. Мультатулли в книге «Свидетельствуя о Христе до смерти» представляет  следующую реконструкцию картины цареубийства. 

Убийство Царской Семьи было ритуальным. Целью этого ритуала на сакральном уровне было уничтожение Православной России. Второй целью было изменение хода мировой истории, уничтожение ее христианской направленности. Те, кто должен был совершить этот ритуал, не были представителями ни национальных движений, ни конкретных политических группировок, ни носителями традиционных религий, они являлись адептами мощной оккультной организации всемирного масштаба. Они верили, что им удастся осуществить поставленные цели. Ритуал убийства носил в себе признаки различных мистико-оккультных учений, начиная с каббалы и заканчивая черной магией. После совершения злодеяния, убийцы постарались, с одной стороны, полностью скрыть его ритуальный характер, а с другой, объявили его «всем народам». (Имеется в виду ритуальная каббалистическая надпись на стене «расстрельной комнаты» Дома Ипатьева, анализ которой будет представлен отдельно). 

Вечером 16-го июля 1918 года в Дом Ипатьева, где содержалась Царская Семья, прибыл комендант Дома Я.Х. Юровский. Он приказал к 12 часам ночи всей внешней охране покинуть территорию ДОНа. Возможно, были оставлены несколько постов у входа. При этом начальник охраны П.С. Медведев получил приказ отобрать у охраны оружие. Сам Медведев, может быть, находился в Доме Ипатьева, может быть, в другом месте недалеко от него (в доме Попова), но, во всяком случае, он имел возможность связаться с Юровским по телефону в любой момент. В Ипатьевском доме оставалась лишь внутренняя охрана, состоявшая из людей Юровского, которых он разместил в доме при своем вступлении в должность коменданта. Команда эта была абсолютно надежной и состояла из проверенных людей. По всей вероятности, все они были нерусскими. В задачи этой команды входило соблюдение общей безопасности во время совершения ритуального убийства, однако сами они Царскую Семью не убивали. Приготовления к убийству начались около полуночи, по «старому», добольшевистскому времени и около 2-х часов по «новому». Кроме Юровского, в Ипатьевском Доме, возможно, находились Шайя Голощекин и Войков. Примерно около 1 часа 30 минут в Ипатьевский Дом прибыл посланец из Москвы, который привез с собой команду убийц. Эта команда, по всей вероятности, была небольшая, 5-7 человек. По мнению П. Мультатулли, это были скорее всего так называемые американские анархисты, выполнявшие в Америке приказы Якоба Шиффа и его друзей-банкиров, по сути – боевики мафии, которые прибыли в Россию на пароходе Троцкого. Скорее всего, из охранников только Юровский знал, кто это. Эти люди прошли в дом, где их ждали. То обстоятельство, что они прибыли не в 12 часов ночи, как предполагалось, а позже, определялось не тем, что «Москва запаздывала с приговором», как считают многие, а тем, что такое опоздание являлось частью особого ритуала, который должен был быть осуществлен во время убийства Царской Семьи.

Около 2-х часов ночи Царскую Семью и ее свиту разбудил Юровский и под каким-то предлогом велел спуститься в комнату нижнего этажа, где должно было совершиться убийство. Скорее всего, этим предлогом был не отъезд, а некая опасность, которую нужно было переждать. Некоторые из узников могли взять с собой подушки. Около 3-х часов ночи Царская Семья и ее приближенные спустились в указанную комнату. Туда же вошла группа убийц во главе с неизвестным. Помогал этой группе Юровский. Никаких посторонних лиц, в том числе и П. Медведева, в момент убийства Царской Семьи в комнате не было. После того как убийцы вошли в эту комнату, Царская Семья и свита были убиты. Как это произошло, остается тайной. Но при этом, безусловно, убийство носило длительный и мучительный характер, сопровождалось большой кровопотерей жертв. Главной целью убийц было не только уничтожение жертв, но и их мучение - ритуальное испускание крови. Убиваемым были нанесены огнестрельные и, главное, большей частью колотые ранения. Во время убийства осуществлялся определенный ритуал, которым руководил неизвестный человек, возможно в духовном сане, прибывший вместе с убийцами. В своих книгах Дитерихс и Вильтон указывали на человек, внешне вероятно похожего на «раввина с черной как смоль бородой». Вполне возможно, что это был руководитель приезжей команды. 

После убийства, согласно ритуалу, тела убитых были помещены в белые простыни и вывезены в заранее выбранное место в Коптяковском лесу, где они, опять-таки согласно ритуалу, подверглись глумлению и сожжению. Для сокрытия истинных обстоятельств убийства его организаторы произвели множество выстрелов в южную часть стены комнаты, чтобы инсценировать расстрел Царской Семьи.

После убийства, для помощи в переноске трупов в грузовик, Юровским были, возможно, приглашены П. Медведев и Якимов (может быть, кто-то еще из внешней охраны). Когда те спустились в комнату, где произошло убийство, пред ними предстало жуткое зрелище: весь пол и стены были залиты кровью, на полу лежали растерзанные трупы с множественными колото-резаными ранами. Когда тела стали поднимать, чтобы вынести во двор, то оказалось, что некоторые еще живы. Они стали приходить в себя, раздались стоны. Раненых стали тут же добивать штыками или длинными кинжалами. Это продолжалось и во дворе Ипатьевского Дома. То обстоятельство, что люди так долго не умирали, объясняется тем, что убийцы хотели умертвить их посредством длительных мучений.

Увиденное так подействовало на Медведева и Якимова, что они находились в состоянии шока. Их обуял страх. Юровский приказал молчать об увиденном. Скорее всего, тут же на месте со стороны убийц началась фабрикация ложной картины убийства. Медведеву, Якимову и другим могли быть внушены те обстоятельства убийства, которые были выгодны убийцам. При этом Юровский мог предупредить охранников, в особенности Медведева, что в случае, если они попадут в руки к белым, они должны повторять то, что он им рассказал об обстоятельствах убийства. При этом Юровский мог припугнуть охранников, что у большевиков, есть «свои люди» и у белых и что в случае «предательства» их найдут и там. Скорее всего, так и произошло: многие из арестованных белым следствием обвиняемых умерли при загадочных обстоятельствах в тюрьме, а Якимов был расстрелян после возвращения красных. Расчет Юровского оправдался: оказавшись в руках белого следствия, охранники повторяли внедренную в их сознание ложь. Впрочем, Юровский мало чем рисковал даже в том случае, если бы охранники начали говорить что-либо иное. Ведь никто из них не знал истинных обстоятельств убийства.

После победы красных в Гражданской войне, когда за границей стали выходить книги, авторы которых пытались расследовать злодеяние честно и беспристрастно, понадобился новый виток фальсификаций и «воспоминаний», который был призван окончательно подтвердить слова одного из организаторов убийства, Пинхуса Войкова: «Мир никогда не узнает, что мы с ними сделали».

Далее мы представим подробный анализ ритуального характера убийства святой Царской Семьи. 

Оккультно-ритуальный характер убийства святой Царской Семьи подтверждается целым рядом деталей. В частности, есть вполне точные сведения о том, что тела святых Царственных Мучеников были осквернены трупами собак.

Один из охранников Дома Ипатьева, находившийся в подчинении у Юровского – Александр Медведев 12 апреля 1961 года выступил на партсобрании газеты «Уральский рабочий», носившем закрытый характер. Его выступление было запротоколировано и теперь уже известно исследователям. Он, в частности, рассказал о том, как поступили с останками убитой Семьи: «На то место еще отвезли дохлых собак, чтобы конглюмерат сделать, что потом, если будут искать, пусть собачьи косточки в мощи превращают. Облили тело кислотой, бензином и сожгли, а потом сбросили в глубокую шахту». Характерно, что именно это место в выступлении А. Медведева, который прямо свидетельствует о том, что останки Царской Семьи были сожжены, а предварительно осквернены по оккультному обряду, тщательно замалчивается современным следствием.

У Царской Семьи в Ипатьевском Доме было три собаки: бульдог по кличке Ортипо, спаниель Наследника по кличке Джой и маленькая собачка японской породы, принадлежавшая Великой Княжне Анастасии Николаевне, по кличке
Джимми. Другой из «официальных» цареубийц – Кабанов в ходе аудиозаписи в Радиокомитете в 1965 году также подтверждал, что в ночь цареубийства в Доме Ипатьева или вблизи него были умервщлены три собаки, и трупы их были затем «уложены» в грузовик вместе с телами святых Царственных Мучеников. А М.М. Медведев (Кудрин) в воспоминаниях, записанных 1964 году, приводит следующие подробности: «Красноармеец принес на штыке комнатную собачонку Анастасии – когда мы шли мимо двери (на лестницу во второй этаж) из-за створок раздался противный жалобный вой – последний салют императору Всероссийскому. Труп песика бросили рядом с царским. – Собакам – собачья смерть! – презрительно сказал Голощёкин». То есть ключевая фраза при осквернении честных останков Царской Семьи была произнесена не рядовым участником цареубийства, а его главным руководителем на Урале, военным комиссаром Уральской области Шайей Голощёкиным, другом и близким соратником руководителя ВЦИК Российской Республики Янкеля Свердлова. Именно Шайя Голощёкин гостил на квартире Свердлова в Кремле 12 июля 1918 года, когда и получил от него указания об осуществления цареубийства.

Петр Мультатули отмечает: «...Воспоминания Кудрина, Кабанова объединяет одно: особая жестокость при убийстве животных и отсутствие логики при умертвлении. Трупы собачек, брошенные рядом с телом убитого Государя, сопровождаемые словами Голощёкина «собакам – собачья смерть!», есть не что иное, как глумление над убитыми в доме Ипатьева. Таким же глумлением является повешение собак, что не могло быть вызвано никакими иными соображениями».

Труп собаки Джимъ (Джемми) Царевны Анастасии был найден следственной группой во главе с Н. Соколовым в одном из колодцев Открытой Шахты у Ганиной Ямы вместе с обгоревшими вещами, принадлежавшими Царской Семье. Зачем было Юровскому и его команде убивать собак Царской Семьи, находившихся в доме Ипатьева?